Всяческий Бред : Nov2014

У меня последнее время такое ощущение, что я первый в роду еврей. Ну то есть когда я пытаюсь найти вменяемых русских людей, носителей русской культуры и языка, с которыми я бы хотел соотносить и себя, они, в большинстве, почему–то, евреи.

(с) не мое

Истерический максимум.

(именно сейчас не максимум, просто кто-то удачно пошутил по поводу "исторический")

Кардашьян продемонстрировала:


Люди в компании Ниссан не остались равнодушными и заявили "а у нас больше":


Если вы вдруг не знаете что такое Ким Кардашьян (я знаю потому, что читаю много англоязычных статей и комментариев к ним) - это что-то вроде Ксюши Собчак или даже скорее Волочковой, только по-американски. Раскрученная вниманиеблядь с выдающимися половыми признаками.

Девушка и раньше отжигала:


Вы может спросите, почему я вообще обратил внимание на твит какой-то тупой пизды? А дело в том, что эта тупая пизда - главный редактор и одновременно руководитель российского информационного агенства Russia Today, ориентированного на вещание точки зрения кремля за границу.

Сейчас правда многое уже не понятно, ибо многое забылось из того, что тогда происходило...

"как говорил мой друг Петя Рабинович, пройдет 200 лет и все будет хорошо"

— Вы для нас, как «Пятая колонна» в телеге!
— Может быть «Колесо»?
— Нет, спасибо, я уже утром закинулся.

"берешь откуда–нибудь код, догадываешься, по какой логике в нем все написано, пытаешься предположить, что нужно сделать, чтобы то, что ты задумал, сработало"


"Все еще проще: берешь откуда–нибудь код, догадываешься, что его писали рукожопые макаки, а потом дегенераты правили и понимаешь — ну его нахуй".

Нефть нужно объявить прекурсором для крокодила и запретить. Это создаст черный рынок нефти, что автоматически взвинтит цены на нее минимум вдвое. Где мне забрать мой диплом экономиста?

в ответ на призыв «Надо валить!» одни спрашивают «Куда?», а другие – «Кого?».

(звук в этом видео не нужен)

— Расскажите про село Галкинское. Чем вы там занимаетесь?

— У нас очень хорошие земли. В свое время там был крупный совхоз. Так получилось, что в 90-е его разрушили и разграбили до ноля. Скотины ни одной головы не осталось, техники нет, здания разрушены. А в 2009 году сельчане на собрании посоветовались и решили пригласить меня, чтобы я возглавил это хозяйство. Сейчас мы одни из крупнейших производителей сельхозпродукции в регионе. Мы пытаемся создать такое хозяйство, которое могло бы наполнить местный муниципальный бюджет и обеспечивало людям на селе рабочие места с достойной зарплатой.

— А до этого чем занимались?

— До этого у меня был первый колхоз.

— Кто у вас работал? Местные?

— Не только. В те годы бежали переселенцы из Казахстана, Узбекистана, Туркмении, мы приняли много семей. Мы даже назывались переселенческим поселком. Таких у нас было 25 семей. В поселке было все: хорошие дороги, пекарня, мельница, кондитерский цех, молочная ферма, свиноферма. Мы делали мебель, делали натяжные потолки. Я абсолютный сторонник того, что крестьяне не мешки с соломой, а граждане, которые имеют право выбирать профессию. Как человек может остаться в деревне, если он хочет быть строителем? А мы строили свою экономику так, чтобы был выбор профессий, и никто не хотел уезжать. Зарплата приличная, место отличное, выбор работы есть, интернет — пожалуйста. У нас в те годы работал класс дистанционного образования в школе. Несколько человек получали образование в московских вузах, не выезжая из деревни. Мы показывали тогда государству и Минобразования, как дешево можно учить людей, не срывая их с места и не делая проблем в городах. После четырех лет работы деревня стала идеальной. Четыре года — это срок, за который можно перестроить и страну.

— И все это было организовано без какой-либо государственной поддержки?

— Абсолютно. Хотя государство, конечно, не забывало про нас. Например, оно периодически нас штрафовало. То приедет технадзор, то Роспотребнадзор, и все говорят, что мы неправильно живем и работаем. Забыть о себе государство не давало. Так же как телевизор не дает забыть о том, что у нас есть президент и премьер-министр.

— И что в итоге стало с вашим первым колхозом?

— В 1998 году его сожгли.

— Конкуренты?

— Да какие конкуренты! Обычные бандиты, которые работали вместе с администрацией и с милицией. Я единственный в районе не платил дань казакам. Такие нормальные русские мужики, ходили в голубых штанах с лампасами и всех облагали данью. Крыша, как они говорили. Так как у нас в совхозе все крыши были отремонтированы, нам не требовалась крыша, и мы, конечно, отказывались платить. По своему принципу я бы никогда не согласился платить никому, кроме государства. Достаточно было того, что я всегда исправно платил налоги. Я понимал, что не может такого быть, чтобы с крестьян, которые производят продукцию, какие-то ублюдки собирали дань. Но многие платили.

Мы были очень богатым хозяйством на тот момент. У нас были молодежные программы, давали дома молодым семьям. Заключали с сотрудниками договор, что после рождения третьего ребенка дом переходит в их собственность.
...
Зачитать целиком: Что стало с вашим первым колхозом? - Его сожгли.

Тэги: Nov2014 Общество